Преступления и наказания (часть 1).

Опубликовано Опубликовано в рубрике право

История судебной системы края всегда была тесно связана с историей региона, изменениями в его административно-территориальном статусе — от Кольского уезда до Мурманской области. Российское правосудие проделало долгий и сложный путь: менялись государственный строй, организационная структура и названия судебных органов. Но роль судьи всегда оставалась неизменной: рассматривать дела и выносить решения по закону и по совести. 

Тщательно подобранными архивными материалами по истории судебной системы на Кольской земле поделился с нами заместитель начальника управления Судебного департамента в Мурманской области Александр Ковалев. 

Терский данник Семьюн Петрилович 

В течение нескольких столетий на территории Кольского полуострова не было постоянной администрации. Тогда Терская земля входила в состав Новгородской земли. И сюда посылались лишь сборщики даней с лопарей. Первым известным правителем края был некий Семьюн Петрилович — терский данник, упомянутый в летописи 1216 года. 

В 1478 году новгородские владения перешли под власть Москвы, и для решения судебных дел и сбора дани с населения в волости Умбу и Варзугу от имени великого государя из Холмогор стали посылать приказных людей, которые, выполнив должностные обязанности, возвращались на Двину. 

Функции судебной власти осуществляли светский и церковный суды. Мелкие преступления (драки, кражи, оскорбления) рассматривались на сходах жителей. По крупным злодеяниям суд осуществляли приезжавшие в край государевы посланники, а по церковной линии — архиепископские десятники. 

Лишь во второй половине XVI века, когда на Кольском полуострове возник международный торг, а Россия в результате неудачной Ливонской войны лишилась выхода к Балтийскому морю, государство обратило пристальное внимание на Север. В 1582 году на Мурман прибыл от Ивана IV наместник с правами воеводы. Им был боярин Аверкий Иванович Палицын. Кола стала административным центром огромной территории — Российской Лапландии (Кольский полуостров без Умбской и Варзужской волостей) и Северной Карелии (вплоть до Лендер). 

Затем более двух веков территория Кольского края входила в состав Архангельской губернии. История образования судебных органов в Кольском уезде (с 1899 года — Александровском), неразрывно связана с Архангельским окружным судом. 

По Уставу благочиния 1782 года в Коле был образован Словесный суд для разбора мелких тяжб (о закупке и продаже товаров, денежных займов и так далее). Его состав формировался из числа местных жителей на сходе и включал двух судей и заседателей. 

В 1797 году были учреждены и уездные суды: «низшие сословные суды по мелким уголовным и гражданским делам для дворянства, чиновников и разночинцев». В том же году был учрежден и Кольский уездный суд, который состоял из уездного судьи и двух заседателей. Уездный суд был первой инстанцией для мелких уголовных и гражданских дел всех сословий уезда. Решения суда подлежали обжалованию в вышестоящие инстанции, вплоть до Сената. 

В 1851 году начал свое существование Кольский земский суд, являвшийся более полицейским органом, который рассматривал незначительные судебные дела и исполнял приговоры судебных органов. 

После сожжения Колы и разорения большинства становищ Кольского уезда англичанами в 1854 году был опубликован указ Сената от 24 декабря 1858 года, объявлявший Колу заштатным городом и присоединении территории ее уезда к Кемскому. С 1 марта 1859 года Кольский уезд прекратил самостоятельное существование. 

Административный пароход «Мурман» 

Судебная реформа 1864 года впервые создала в России судебные органы, организованные по образцу развитых европейских стран. Этот процесс не обошел стороной и Кольский Север. Согласно «Временному расписанию участковым и добавочным мировым судьям в Архангельской губернии» создавалось 9 мировых округов и 20 участков: в городе Архангельск, уездах Архангельском, Холмогорском, Шенкурском, Пинежском и Онежском — по 2 участка, в Мезенском уезде — 4, Кемском — 3 и Кольском (восстановлен в 1883 году) — 1 мировой участок. 

Спецификой приграничного положения Кольского края являлся большой процент дел по обвинению в контрабанде, беспатентной торговле вином, хранению заграничного рома. Размеры наказаний, выносимых мировыми судьями за уголовные преступления, ограничивались денежным штрафом не более 300 рублей, арестом до трех месяцев и тюремным заключением до полутора лет. Из гражданских дел мировой судья разрешал иски, не превышающие стоимости в 500 рублей. 

С 1886 года вдоль побережья Кольского полуострова стал совершать рейсы административный пароход «Мурман», одной из задач которого было разрешение возникающих между промышленниками споров на месте при посредстве мирового судьи. 

Неразвитость судебного аппарата и изменения в жизни края приводили к недоразумениям. Перед мировым судьей возникал ряд вопросов процессуального характера. Так, совершив арест нескольких судов норвежских браконьеров, Кольский исправник писал: 

«1. Должен ли мировой судья находиться при составлении описи судна и имущества, что не относится к его обязанностям? 

2. На основании ст. 36 Уст. Уголовного судопроизводства мировому судье подсудны только те преступления, которые совершены на его участке, а Новая Земля и Вайгач к его участку не принадлежат. Мировой судья Кольского уезда от меня не примет для разбирательства дело, ежели преступление совершено не на его участке. В таком случае куда я должен направить дело? 

3. В городе Коле и уезде нет людей, умеющих хорошо переводить с норвежского и других иностранных языков на русский язык». 

Бутлегерство в становище Териберка 

Однако, еще не получив никаких разъяснений, кольские власти вели дела о норвежских браконьерах, штрафуя их и конфисковывая улов. Особенностью деятельности мировых судей на Кольском полуострове было и то, что они не прекратили свою деятельность после принятия закона 1889 года, которым мировые судьи были упразднены везде, за исключением столиц и крупных городов России. 

В связи с образованием в 1899 году на Мурманском берегу нового уездного города Александровск мировой судья, полицейский исправник и другие чиновники переехали туда из Колы. 

Мировой судья Александровского уезда рассматривал дела по всему уезду. Так, в 1904 году он рассматривал дело крестьянина М.И. Дементьева о незаконной торговле вином (водкой в розлив) в становище Териберка, факт которой был зафиксирован командированным на Мурманский берег полицейским урядником 1 участка Перфильевским. 

Вообще говоря, спектр дел, рассматривавшихся мировым судьей Александровского уезда, был довольно широк: дела о потраве сенокосных угодий, беспорядках, наследстве и так далее. 

Рассматривал он и дела о контрабандном ввозе товаров в Россию. Например, в январе 1901 года Архангельская таможня, рассмотрев дело о незаконном ввозе в Александровск из Тронхейма маргарина колонистом Д.А. Шестрандом, постановила «делопроизводство в копии передать мировому судье Александровского уезда для привлечения колониста Средней губы Мурманского берега Давида Шестранда к ответственности». 

Однако, располагая незначительным аппаратом, мировой судья не мог навести порядок на всем Мурманском берегу с протяженностью береговой линии в 1340 верст. Вот что писал архангельский губернатор о беспорядках на одном из пароходов: «О всех случаях неповиновения и насилия командир подал жалобу мировому судье Александровского уезда, который самого крупного виновного приговорил к месячному аресту при полиции, а дела других лиц разбирать отказался по той причине, что будто бы не имеет времени». 

Побег на деньги немецкого вице-консула? 

Примером непростых условий жизни людей и, как следствие, работы судебной системы отдаленного от центра России Кольского края даже в начале прошлого века может служить дело о нападении норвежцев на пограничный поселок Пазреку. Оно было начато в феврале 1917 года и окончено в конце сентября 1920 года. 

Шла Первая мировая война, строилась Мурманская железная дорога. В ее строительстве принимали участие и австрийские военнопленные. Ввиду отсутствия эффективных кордонов на границе с Норвегией австрийцы массово бежали в соседнюю страну. 

18 августа 1916 года полицейский урядник Александровского уезда Павел Мартынов сообщил, что крестьянин Александр Кумбола привел к нему двух военнопленных австрийцев, которых задержал в четырех верстах от норвежской границы. Австрийцы предлагали Кумболе 25 рублей за то, чтобы он перевез их на норвежский берег. Однако тот от денег отказался, сказал: «я русский и должен доставить вас куда следует» и отвел к уряднику. 

При допросе пленные заявили, что они австрийские немцы — Йозеф Оберндорфер и Франц Миллер, которые бежали с постройки Мурманской железной дороги из пункта Зашеек. До приграничной Пазреки добирались они почти месяц, не встретив по пути ни одного местного жителя. Беглые пленные были задержаны и помещены под стражу в дом местного крестьянина Константина Калинина. 

Далее последовало неожиданное продолжение. 19 августа Мартынов заметил возле дома, где содержались австрийцы, трех норвежцев с ружьями. Норвежцы стали требовать, чтобы урядник выпустил пленных. А один из них, когда урядник стал звать на помощь местных крестьян, даже выстрелил в его сторону. Затем норвежцы сели в карбас и уплыли по течению реки. 

Однако уже следующей ночью они вернулись с подкреплением. Их было человек тридцать. Вооруженные ружьями и револьверами, они открыли стрельбу, затем выломали одно из окон, ворвались в дом и, как было сказано в отчете, «взяли за руки пленных и с песнями увели их в лес». 

После этого происшествия Мартынов написал рапорт Александровскому уездному исправнику: «Имею честь донести Вашему Высокоблагородию, что толпа вооруженных норвежцев, которая силой освободила пленных, по всей вероятности была подкуплена немецким вице-консулом в Киркенесе, так как по имеющимся сведениям этот консул дает всякому норвежцу доставившему немецкого пленного хорошие деньги». 

Мировой судья Александровского уезда Пьяннов приступил к производству следствия по этому делу. Последовали переписка с Товарищем прокурора Мурманского участка и допрос в качестве свидетеля полицейского урядника Павла Мартынова. 

Ну а точку в этом деле поставила уже советская власть. 30 сентября 1920 года Народный суд второго участка города Архангельска, с учетом того, что все произошло до 25 октября 1917 года, принял решение производство по данному делу… прекратить. 

(Продолжение здесь.)