новости

На посту у коридора.

tamojennie.jpgЧестно признаюсь, меня всегда интересовало, откуда берутся люди на пунктах пропуска через границу. Едешь тридцать километров лесом, и вдруг посреди этой нетронутой природы обнаруживается островок цивилизации с пограничниками, таможенниками и, как принято говорить, иными официальными лицами. Откуда все эти лица здесь взялись? Они живут где-то поблизости или всякий раз приезжают из областного центра? Чтобы выяснить это, мы отправились на таможенный пост в Мурманском аэропорту. Мурмаши, конечно, не Лотта или Борисоглебский, но тоже, знаете, не ближний свет. Поэтому мой первый вопрос главному государственному таможенному инспектору Евгении Яблоковой был очевидным:
— Евгения, вы где живете, в Мурманске?
— Да. Так что на работу мне приходится добираться немножко дольше, чем большинству мурманчан.
— Зато пробок наверняка нет. Давно на этом посту?
— С декабря 2002 года, скоро десять лет. Сначала я исполняла обязанности делопроизводителя. С 2006 года стала работать инспектором в смене.
— И какой здесь график?
— Он зависит от расписания международных авиарейсов. Самолеты летают в Турцию, Египет, Норвегию, Великобританию, Украину. С 1 декабря откроется новое направление — рейсы в Таиланд с посадкой в Бишкеке. Смена у нас по двенадцать часов. Она может быть и ночной, с нуля до двенадцати, и дневной. Летом более напряженный период. Так что иногда приходится работать две ночные смены подряд. Потом трудно снова перестроиться на «дневной» образ жизни.
— Сколько рейсов приходится оформить за смену?

yablokova.jpg

Евгения Яблокова.

— Когда два, когда шесть, а когда и восемь.
— Кто они, эти пассажиры — моряки, наверное, туристы?
— Основной контингент, конечно, туристы. Плюс сменные экипажи морских судов. В Норвегию часто ездят в служебные командировки. Бывают и чартерные рейсы с бизнесменами.
— Есть какая-то специфика? С кем труднее работать?
— Знаете, рейс на рейс не приходится. Летают очень разные граждане, одни бывают не совсем трезвы, другие не совсем терпеливы. Мы по долгу службы обязаны ко всем проявлять максимальную корректность. Практика показывает, что большинство пассажиров следуют по «зеленому» коридору. И часть из них вольно или невольно нарушает установленный законом порядок перемещения товаров. Люди забывают, что и в «зеленом» коридоре таможенный контроль никто не отменял. Поэтому нередко при обнаружении незадекларированных товаров их владелец начинает необоснованно спорить, обвинять всех вокруг, пытаясь тем самым уйти от ответственности. С такими гражданами работать трудно. Нелегко порой и с выпившими лишнего в полете или до, они не всегда могут внятно ответить на вопросы.
— Но ведь общаетесь со всеми… С детства поди мечтали работать в таможне, кукол по «зеленому» и «красному» коридорам разводили?
— Если честно, то нет. Но так получилось, что после окончания педагогического института, искала работу, а тут — вакансии в таможне. Решила попробовать. Прошла курсы профессиональной подготовки для вновь принятых сотрудников.
— В общем, все всерьез и надолго?
— Конечно. Сейчас, правда, таких наборов в таможню уже нет. Граждане с высшим профессиональным образованием поступают сюда на службу по конкурсу, вне конкурса приходят выпускники Российской таможенной академии.
— Нравится работа?
— Да, работать интересно. Мне нравится общение с людьми — пассажирами и членами экипажей воздушных судов. Пожалуй, это одна из причин моего выбора в профессии — работать именно на границе, на посту.
— Психологом стали? Говорят, таможенник с опытом начинает чувствовать, что человек ведет себя как-то подозрительно — нервничает, например, или излишне услужлив — а значит, к его багажу стоит присмотреться пристальнее.
— Да. Со временем это приходит, появляется опыт. Что-то срабатывает на уровне подсознания.
— Что на вашей памяти пытались незаконно провезти через границу?
— В основном, конечно, алкоголь сверх установленных лимитов. В прошлом году, например, женщина ввозила шестнадцать литров спиртных напитков. А разрешено, напомню, без письменного декларирования — три литра, с декларированием — пять. Согласитесь, шестнадцать литров — это немножко больше. Обнаружили как-то марихуану. Ее пытался вывезти член экипажа морского судна. Поведение моряка показалось подозрительным, поэтому было принято решение провести личный досмотр. Были в практике последних лет нашего поста и задержания оружия. Из холодного оружия задерживали кастет, штык-нож, из стрелкового — газовые пистолеты и гладкоствольное ружье.
— А если человек говорит: ой, а я просто не знал, я сейчас заполню декларацию? Я про спиртное или валюту, конечно, не про оружие или наркотики…
— Поздно. Незнание закона, как известно, не освобождает от ответственности. У нас однажды женщина везла большое количество банок с пивом. Я, говорит, их не приобретала, я отдыхала в Турции, и там их мне каждый день в холодильник ставили. Сама, говорит, я пиво не пью, поэтому копила, и везу теперь мужу. Мужу или не мужу, но разрешенный к ввозу объем алкоголя был превышен. Со всеми вытекающими…
— Вот, значит, как! Агрессию по отношению к вам граждане не проявляют?
— Бывает иногда. При возбуждении дела об административном правонарушении приходится задерживать человека на час, не меньше. Необходимо оформить много документов. Теперь представьте, человек летел, скажем, из Египта пять часов, устал, конечно, по дому соскучился, а тут его держат в аэропорту, ему нужно давать какие-то объяснения… Люди начинают раздражаться. Порядочные сдерживаются. А кто-то все свое недовольство «выливает» на нас. Однажды мне просто под ноги бросили и разбили об пол бутылку мартини. Мол, раз это сверх нормы — возьмите.
— А вы как, срывались на кого-нибудь?
— Нет, я не срывалась. Мы — представители государства и власти. Поэтому нам необходимо всегда быть уравновешенными и тактичными.